Эллиот с детства чувствовал себя чужим в толпе. Любое обычное общение — взгляд, улыбка, светская беседа — давалось ему с таким трудом, что проще было вовсе его избегать. Мир людей казался слишком громким, непредсказуемым и полным скрытых правил, которые он не мог расшифровать. Зато в мире кода царила ясная, холодная логика. Здесь он дышал полной грудью.
Компьютер стал его крепостью, а программирование — единственным языком, на котором он мог говорить свободно. Но тихая жизнь разработчика не давала ответа на главный вопрос: как существовать в обществе, не становясь его частью? Ответ пришёл сам собой, как единственно возможное решение сложного алгоритма. Хакерство. Это была идеальная дистанция. Он мог взаимодействовать с миром, проникая в его цифровые артерии, оставаясь при этом абсолютно невидимым, защищённым слоями шифров и анонимных прокси.
Его исключительные навыки быстро привлекли внимание «Аллсейф» — влиятельной компании в сфере кибербезопасности. Для них он был гением-одиночкой, способным находить уязвимости, которые не видел никто другой. Эллиот получил легальный щит, ресурсы и сложные задачи, которые поглощали всё его внимание. Казалось, он нашёл свою экосистему.
Но в тени его цифровых следов уже выросли другие игроки. На него вышли представители подпольной сети, разглядевшие в его уникальном таланте не инструмент для защиты, а оружие для атаки. Их цель была грандиозной и пугающей: системный крах гигантских американских корпораций, столпов того самого общества, от которого Эллиот бежал. Его работодатель, «Аллсейф», сам был тесно связан с этими корпорациями. Безопасность одних означала уязвимость для других.
Теперь Эллиот, всегда стремившийся к контролю и изоляции, оказался в самом эпицентре титанического противостояния. Линия фронта проходила не где-то вовне, а прямо на его экране, в пространстве между долгом перед работодателем, который дал ему пристанище, и манящей возможностью, которую сулили тени, — возможности использовать свой дар не для укрепления системы, а для того, чтобы бросить ей вызов. Его крепость из кода превратилась в поле битвы, где решалась не только его судьба.
